РУС ENG 

Диагноз — ОЭЗ: Счетная палата раскритиковала особые экономические зоны, «Известия»

30 Мая 2019 г.

Резиденты пользуются льготами и производят типовые товары, аналоги которых выпускают другие предприятия

Особые экономические зоны (ОЭЗ) так и не стали драйверами роста российской экономики, как предполагалось при их создании, следует из бюллетеня Счетной палаты за май (есть у «Известий»). Резиденты производят типовую продукцию, которая и так выпускается на российском рынке. При этом участники ОЭЗ пользуются преференциями специальных режимов скорее для конкуренции с игроками, работающими по общим правилам, чем для технологического рывка. Территории особых налоговых режимов регулярно подвергаются критике на протяжении последних лет, однако принципиально в их практиках ничего не меняется, отмечают эксперты. По их мнению, это связано с невостребованностью у бизнеса других функций ОЭЗ, кроме снижения налогов.

Зоны комфорта

Счетная палата раскритиковала работу Особых экономических зон. Так, 80% продукции, произведенной на их территории, реализуется на внутреннем рынке, а не на экспортном. Причем ее аналоги выпускаются и другими российскими предприятиями. Таким образом, резиденты ОЭЗ получили несомненное преимущество перед своими конкурентами, действующими в общем режиме налогообложения, указывают аудиторы.

На территориях ОЭЗ на момент проведения проверок Счетной палаты было зарегистрировано 656 резидентов. В документе контрольного органа отмечается, что в четырех крупнейших ОЭЗ прописано 302 резидента (46,1%), однако внешнеэкономическую деятельность из них осуществляют лишь 76 (25,2%). За весь период функционирования зон расторгнуто 166 соглашений с резидентами (25,3% от количества зарегистрированных резидентов).

Более того, по закону, зоны создаются в целях развития высокотехнологичных отраслей экономики и разработки новой продукции. Однако анализ ввезенного их резидентами импортного оборудования показал, что оно предназначено для производства в основном типовых изделий — шин, стройматериалов, фармацевтики, что, в свою очередь, не отвечало основным задачам.

В конечном счете, аудиторы приходят к выводу, что компании пользуются режимами зон не столько ради социально-экономического развития, что предусматривается соглашением о регистрации, сколько для минимизации собственных налогов.

«Известия» направили запрос в основные ОЭЗ — «Алабуга», «Дубна», «Санкт-Петербург», «Липецк», «Томск», «Бирюзовая Катунь», «Тольятти», «Ульяновск», «Калуга» и «Тула» — с просьбой прокомментировать выводы Счетной палаты. В пресс-службе площадки в Ульяновске сообщили, что реальный старт финансирования проектов был дан лишь в 2014 году, и строительство завершилось совсем недавно. Исходя из того что ОЭЗ еще молодая, оценивать ее результаты пока преждевременно. В остальных экономических зонах не ответили на вопросы «Известий».

В пресс-службе Минэкономразвития сообщили, что с 2011 по 2018 год объемы таможенных платежей и налогов, уплаченных резидентами ОЭЗ, увеличились в 18 раз и почти в два раза превысили объем предоставленных им льгот. Якорные резиденты зон — это компании, производящие высокотехнологичные товары и продукцию высокой степени переработки. Однако для создания цепочки производства в зоны требуется привлекать и другие предприятия. В комплексе это оказывает благоприятный мультипликативный эффект на различные секторы экономики, подчеркнули в министерстве.

Отличные условия

Особые зоны интересны бизнесу прежде всего как инструмент для снижения налоговой нагрузки, заявил советник гендиректора «Открытие Брокер» по макроэкономике Сергей Хестанов. В то же время преимущества, которые предлагает специальный режим для производства технологичной продукции (например льготный экспорт, инфраструктура), остаются невостребованными, отметил он. Впрочем, злоупотребления неизбежны, когда действуют территории, где условия бизнеса существенно отличаются от общих, уверен эксперт.

Ставить крест на самом формате особых зон из-за их неэффективности не следует, добавил профессор РАНХиГС Владимир Зинов. Режим специальных территорий — это мировая практика, однако в России она не всегда работает успешно в силу разных причин. Предполагается, что решение о том, допустить резидента в зону или отказать ему, принимает специальный совет на основе оценок инновационности компании. Проблема в том, что зачастую предприятия не выполняют обязательства, принятые при регистрации. Если компания производит не то, что планировалось, ее надо исключать из зоны, однако этого как раз и не происходит, считает эксперт.

«Известия» также попросили 20 резидентов ОЭЗ из сфер фармацевтики, электроники, стройматериалов, запчастей для автомобилей и других отраслей рассказать о целях своей регистрации в ОЭЗ и уточнить, насколько произведенная ими продукция является инновационной. На момент сдачи материала в номер опрошенные резиденты не ответили на запрос.

Эффективность ОЭЗ критикуется на официальном уровне уже несколько лет, однако принципиально в практике этих территорий ничего не меняется, сказал эксперт Центра поддержки внешнеэкономической деятельности и развития регионов Андрей Точин. И тогда, и сейчас для компаний, которые формально не подходят под правила ОЭЗ, но желают там прописаться, делаются исключения. Естественно, это дискриминирует их конкурентов. Впрочем, по словам Андрея Точина, несколько зон демонстрируют скорее позитивные результаты — например, «Алабуга» или «Санкт-Петербург». Однако в данном случае успехи объясняются скорее повышенным вниманием к этим территориям как со стороны регионального руководства, так и со стороны федерального центра.

В апреле 2016 года Счетная палата опубликовала доклад об эффективности функционирования особых экономических зон за 11 лет их существования. За 10 лет на 33 ОЭЗ было потрачено 186 млрд рублей, из которых 24 млрд не были использованы, а отдача в виде налогов и сборов составила лишь 40 млрд, констатировали аудиторы. Создание одного рабочего места в ОЭЗ обошлось бюджету в 10 млн рублей, а к технологическим рывкам это так и не привело, сообщалось в документе.

Автор статьи: Дмитрий Гринкевич

Статья опубликована газетой "Известия" 30 мая 2019 года

Наверх